"Заигрался в революцию". Пассажиры МихоБаса год спустя вспоминают, как Саакашвили прорывался через украинскую границу

И рассуждают, почему в итоге у Михаила Саакашвили не получилось

Анастасия Товт

Ровно год назад Михаил Саакашвили вместе со своими сторонниками прорвался через польско-украинскую границу. Он вошел на территорию КПП "Шегини" со стороны Польши. Его почему-то не хотели впускать в Украину. Пункт пропуска оказался заминированным, а вооруженные пограничники закрыли телами шлагбаум. Но Саакашвили, окруженный соратниками, все равно прошел через кордон. 

“Страна” связалась с теми, кто был на границе и видел прорыв Михаила Саакашвили своими глазами, и задала им три вопроса:

  1. Чем вам запомнился МихоБас?
  2. Сели бы вы в него еще раз?
  3. Почему у Саакашвили не получилось?


Виктор Чумак, внефракционный нардеп:

“Так вышло, что на самом прорыве границы в МихоБасе я не был. Хотя до этого момента в Польше я все время был рядом с Саакашвили, сидел рядом с его женой Сандрой в автобусе. Но в какой-то момент я вышел в магазин за водой, а когда вернулся, все места в Михобасе уже были заняты. Слишком много было желающих оказаться “поближе к телу”, так сказать. Ну, я ж не буду локтями там всех раскидывать - пошел и сел во второй автобус. Так что, когда Михо прорвался, я остался на польской стороне. С одной стороны, смешно вышло. А с другой, может, меня провидение уберегло: зато сейчас на меня не открывают уголовные дела.

Запомнились мне очень простые вещи. Страх проводниц, которые не хотели отправлять поезд. Помню, как плакала эта девочка-дежурная станции. Оксана, по-моему, ее звали (Оксана Верхоляк - Прим.ред.). Я ей говорю: “Ты понимаешь, что ты преступница, ты сейчас совершаешь преступление?” А она отвечает: “Меня с работы выгонят, если поезд поедет”. Ну, с работы ее не выгнали. И теперь она точно знает, что если она совершит преступление в интересах своего начальства, то точно не потеряет работу.

Да, в Михобас я бы сел еще раз. Тут ведь понимаете, вопрос в том, правовое мы государство или не правовое. Если правовое - то почему в Украину не может заехать человек, который имеет на это право? То, что Саакашвили лишили украинского гражданства, вообще здесь ни при чем. Что, в Украину не может въехать любой иностранец или лицо без гражданства? Может. Так почему Саакашвили не может? У него не было никаких запретов на въезд. Ему уже потом поставили запрет на въезд, когда в порядке т.н. реадмиссии выкинули назад в Польшу. Хотя это тоже незаконно. Конечно, я бы пошел на это еще раз. Я бы пошел защищать любого гражданина.

Саакашвили проиграл, потому что замахнулся на слишком большого противника. Он же боролся не с одним Петром Порошенко, а с целой государственной машиной, которая в принципе плевала на закон, права человека. В одиночку нереально ее победить. А сплотиться у Миши не получилось. Группа людей, которая называет себя командой, совместно принимает решения и совместно за них отвечает. Но когда начинается разброд и шатание и каждый начинает вести свою игру - эта группа не может быть командой. И этот разброд начался еще до МихоБаса. Понимаете, Миша - очень харизматичный. Его надо либо принимать таким, какой он есть, либо не принимать совсем. А украинские политики, да и я тоже, привыкли работать по-другому. Миша - орел, который высоко летает. А нам нужен был бы мул, который бы уперся и все тянул. Вот и вся ситуация. Мулы не нашли контакта с орлом”.

Алексей Худенцов, продюсер телеканала NEWSONE:

“Однозначно я сел бы в МихоБас еще раз. Это очень яркий опыт. Мне было интересно понаблюдать за внутриполитической кухней: насколько быстро и эффективно политики принимают решения в непредсказуемых обстоятельствах. Многие политики в этом автобусе для меня открылись с новой стороны. Поразила Юлия Владимировна: она была “мозгом” всей операции. Ее слово там было самым авторитетным, все ее слушались. Депутаты из “Батькивщины” под ее руководством очень оперативно решали возникающие проблемы. Например, когда заблокировали поезд, они сразу начали звонить в Мининфраструктуры, подключили юристов, пытались по своим каналам пробить информацию. Валентин Наливайченко, как самый опытный в вопросах безопасности и общении с силовиками, хорошо себя проявил уже на самом пропускном пункте, когда силовики выстроились в шеренгу и сказали, что все заминировано, поэтому они не могут нас пропустить. Наливайченко, ссылаясь на конкретные нормы законов, заявил: “Если пункт пропуска заминировали, вы обязаны нас эвакуировать из серой зоны на территорию Украины”.  Я помню, что главный из пограничников растерялся. Он не знал, как реагировать на его слова.

Я думаю, Саакашвили погубила его горячая кровь. Когда он чувствует этот запах революции, у него мутнеет сознание. А холодный ум и здравый смысл для политика главное. Я помню, на какой эйфории он ходил после прорыва границы, и во время МихоМайдана. Мне казалось, что если провести выборы именно в тот момент, он бы даже мог войти в тройку потенциальных победителей на выборах президента. Потому что у него кредит доверия зашкаливал. Именно после прорыва у него все пошло наперекосяк. В тот момент он увидел огромную поддержку населения, и это его ослепило. Саакашвили слишком увлекся этой революционной эйфорией, и потому потерял поддержку сильных сторонников, включая Тимошенко. Он не захотел быть просто “одним из оппозиционеров”, быть на втором плане - ему нужно было быть лидером. И из-за этого все посыпалось. Саакашвили просто заигрался в революцию”.

Дмитрий Добродомов, лидер партии "Народный контроль":

“Когда не выпустили поезд, международный поезд, из-за того, что на нем пребывал Саакашвили - вот это меня потрясло больше всего. Может, если бы там все решили цивиллизованно, не было бы потом и этого прорыва границы. Все дальнейшие события были эскалированы именно этим абсурдным решением остановить поезд.

Я бы не раздумывая еще раз сел в МихоБас. И в данном случае не имеет значения, это Саакашвили или кто-то другой. Потому что если известного на весь мир человека, дважды президента, которого сначала пригласили в Украину проводить реформы, а потом, как щенка, выкинули из страны - то что тогда можно сделать с обычным человеком, каждым из нас?

Чтобы законно и эффективно противодействовать власти накануне выборов, нам нужно объединить демократические оппозиционные силы. Выставить единого кандидата в президенты, а потом - создать единую политическую партию и войти общей колонной в Верховную Раду на парламентских выборах. Тогда Михаилу Саакашвили не удалось этого сделать, потому что встал вопрос амбиций. Просто надо было четко определять глобальные задачи - вырвать страну из пропасти. А амбиции отложить в сторону. Работы хватит всем. Перезагрузить власть надо на всех уровнях, от местных администраций до президента. Никакая партия такого количества людей, моральных и профессиональных, не имеет. Поэтому и нужно объединение, чтобы каждый распределил ответственность и показал на этом участке результат.

То, что не получилось у Саакашвили, сейчас пытаемся сделать мы.

И мы первые шаги уже сделали. Я, как лидер “Народного контроля”, совместно с “Гражданской позицией” (партия Анатолия Гриценко) создал общую платформу “Народного доверия”. Мы надеемся, что к ней присоединятся и другие силы из оппозиционного лагеря. И тогда уже точно у нас все получится”.

Сергей Щербина, главный редактор РБК-Украина:

“Поездка на МихоБасе мне запомнилась полным беспределом. До этого сложно было даже себе вообразить, чтобы кто-то силой прорывал государственную границу Украины. Я не ожидал, что это будет именно силовой прорыв. Честно - думал, он туда приедет, его либо пропустят, либо нет, и если нет - он там попиарится, даст интервью и уедет в Польшу.

Сел бы я еще раз в МихоБас? Ну, это моя работа, освещать подобные события. Поэтому да, сел бы. Только если бы на этот раз не пришлось 12 часов стоять на польской границе. Потому что я с коллегами был во втором бусе, который ехал вторым вслед за головным. И мне в память врезалась та атмосфера, когда поляки перекрыли границу, понимая, что с украинской стороны уже происходит силовое столкновение. А мы, пассажиры второго автобуса, еще до вечера стояли на польской стороне и смотрели на шлагбаум, из Польши в Украину. В общем, было весело.

Мне кажется, у Саакашвили не получилось, потому что в Украине он играл роль чистого минусовщика. Он мог работать против кого-то, но его личный рейтинг от этого совершенно никак не рос. Понятно, что его основной мишенью был президент, и Саакашвили, как мол, торпедировал Порошенко. Что это было - его личная месть или какой-то политический расчет, - мне сложно судить. Но то, что он играл в минус Порошенко, это факт, и он подтверждается социологией. Возможно, Саакашвили понимал, что в Украине даже теоретически не может претендовать на никакие выборные должности, по закону. Единственное, на что он мог рассчитывать - это на место в исполнительной власти. Поэтому не исключено, что он сознательно и не работал на создание личного рейтинга. Стратегия эта была в чем-то оправданной, но она не сработала. То, что у него была толпа людей, которая готова была его поддерживать и проводить в его поддержку акции, это да. Но это не конвертировалось в самостоятельный политический рейтинг”.

Сергей Власенко, депутат от партии “Батькивщина”:

“Никакого прорыва границы не было. Все происходило на украинской территории. Пограничные столбы у меня были за спиной. Поэтому говорить о прорыве границы как минимум некорректно. Это принципиальная вещь. Прорыв границы - это политический штамп, который придумал Порошенко, чтобы эту ситуацию приравнять к ситуации на востоке Украины. Это пропагандистский тренд. Это было обычное пересечение границы. Прорыв - это когда я незаконно перехожу на украинскую территорию с территории другого государства. А у нас не было незаконного перехода. Да, у нас была экстраординарная ситуация, когда начальник пограничного командования сказал, что якобы пограничный пункт заминирован. Мы, как граждане Украины, которые прошли все процедуры на польской границе, и находились уже на территории Украины, написали официальное заявление - если пункт заминирован, эвакуируйте нас на безопасную часть украинской территории. Начальник отказался.

Я, Юлия Владимировна, которая шла рядом со мной, и Дмитрий Добродомов - мы попытались надлежащим образом оформить проход границы. Я лично обращался к пограничникам, предъявлял им свой дипломатический паспорт, чтобы мне поставили отметку о пересечении границы. На что пограничники разводили руками и говорили: раз вы уже прошли сюда, то проходите и дальше. Поэтому говорить о каком-то прорыве точно неправильно.

Меня возмутил уровень беспредела, который готова устроить нынешняя власть по отношению к неугодным. Можно по-разному относиться к лишению Михаила Саакашвили гражданства, но лицам без гражданства тоже не закрыт въезд в страну. Абсолютно не важен его статус: гражданин Украины он, иностранец или апатрид. Он имеет право попасть на территорию Украины, не важно, любит этого человека президент страны или не любит. Но все действия знаменитой поездной бригады и пограничников, были направлены на то, чтобы конкретного человека не пустить на территорию страны.

Вся эта ситуация продемонстрировала, что в Украине нет демократии, что мы не идем европейским путем развития, сколько бы раз мы ни говорили слово “безвиз”. Украина идет путем средневековой махровой византийщины, в худшем смысле этого слова. Когда мелкий царек решает, что он в праве кого-то впускать а кого-то не впускать на территорию Украины. Но больше всего возмутило, что все эти люди - от начальника пограничного командования и заканчивая девочкой-начальником поезда и стюардами в вагонах, - готовы выполнять эти очевидно незаконные бредовые приказы, только потому, что они исходят от начальства.

Я в принципе приехал год назад в Польшу не ради самого Саакашвили. Если такая ситуация повторится, например, с Анатолием Гриценко - я точно так же сяду в автобус и поеду с ним на границу. Если это завтра случится с Петром Порошенко, я тоже приеду и его поддержу.

Я бы не называл ситуацию с Саакашвили проигрышем. Я уверен, что украинские граждане на выборах президента в марте не пустят Петра Порошенко во второй тур. И это будет означать, что демократия победила. Украинский народ даст оценку всем событиям за последние четыре года, всему беззаконию и вранью. Порошенко не пройдет во второй тур - вот это будет ответ на то, что происходило год назад в Шегинях”.

Читайте также
Любое копирование, публикация, перепечатка или воспроизведение информации, содержащей ссылку на «Интерфакс-Украина», запрещается.